Неточные совпадения
Кто видывал, как слушает
Своих захожих странников
Крестьянская семья,
Поймет, что ни работою
Ни вечною заботою,
Ни игом рабства долгого,
Ни кабаком самим
Еще народу
русскомуПределы не поставлены:
Пред ним широкий путь.
Когда изменят пахарю
Поля старозапашные,
Клочки в лесных окраинах
Он пробует пахать.
Работы тут достаточно.
Зато полоски новые
Дают без удобрения
Обильный урожай.
Такая почва добрая —
Душа народа
русского…
О сеятель! приди!..
Странно было видеть, что судьбы мира решают два десятка
русских интеллигентов, живущих в захолустном городке среди семидесяти тысяч обывателей, для которых мир был ограничен
пределами их мелких интересов.
— У нас удивительно много людей, которые, приняв чужую мысль, не могут, даже как будто боятся проверить ее, внести поправки от себя, а, наоборот, стремятся только выпрямить ее, заострить и вынести за
пределы логики, за границы возможного. Вообще мне кажется, что мышление для
русского человека — нечто непривычное и даже пугающее, хотя соблазнительное. Это неумение владеть разумом у одних вызывает страх пред ним, вражду к нему, у других — рабское подчинение его игре, — игре, весьма часто развращающей людей.
Нет
пределов смиренному терпению многострадального
русского народа.
Но в
русском сознании произошло смешение христианского мессианизма с мессианизмом еврейским и с преступившим свои
пределы национализмом.
Называемый (le N-é, то есть nommé, но это не значит „вышеупомянутый“, потому что прежде обо мне не говорится, это только безграмотная попытка как можно грубее обозначить человека) Герцен, Александр, 40 лет (два года прибавили),
русский подданный, живущий там-то, обязан оставить немедленно Париж по объявлении сего и в наискорейшем времени выехать из
пределов Франции.
Отсюда на крайних
пределах раскола — «нетовщина», явление чисто
русское.
И в этом он выходит за
пределы исторического христианства, как и все оригинальные течения
русской религиозной мысли.
Русская литература XIX в., которая в общем словоупотреблении была самым большим проявлением
русской культуры, не была культурой в западном классическом смысле слова, и она всегда переходила за
пределы культуры.
Поэзия символистов выходила за
пределы искусства, и это была очень
русская черта.
Русские писатели не могли оставаться в
пределах литературы, они переходили эти
пределы, они искали преображения жизни.
Пророчества Достоевского о
русской революции суть проникновение в глубину диалектики о человеке — человеке, выходящем за
пределы средне-нормального сознания.
Кроме гиляков, в Сев. Сахалине проживают еще в небольшом числе ороки, или орочи, тунгусского племени. Но так как в колонии о них едва слышно и в
пределах их распространения нет еще
русских селений, то я ограничусь одним только упоминанием о них.
А наши няньки, закачивая детей, спокон веку причитывают и припевают: «Будешь в золоте ходить, генеральский чин носить!» Итак, даже у наших нянек чин генерала считался за
предел русского счастья и, стало быть, был самым популярным национальным идеалом спокойного, прекрасного блаженства.
Вряд ли встречал я когда-либо и в какой-либо стране человека более мягкого и деликатного, при всей определенности и, где нужно, стойкости своих принципов. Подхваченный тогдашними
русскими газетными фельетонистами инцидент со спаржей, которой меня угощал Милль, и приведен был мною как раз, чтобы показать, до каких
пределов он был деликатен… даже до излишества. Хотя я и говорил об этом в печати, но еще раз приведу этот инцидент.
Он мог подаваться, особенно после событий 1861–1862 годов, в сторону охранительных идей, судить неверно, пристрастно обо многом в тогдашнем общественном и чисто литературном движении; наконец, у него не было широкого всестороннего образования, начитанность, кажется, только по-русски (с прибавкой, быть может, кое-каких французских книг), но в
пределах тогдашнего
русского «просвещения» он был совсем не игнорант, в нем всегда чувствовался московский студент 40-х годов: он был искренно предан всем лучшим заветам нашей литературы, сердечно чтил Пушкина, напечатал когда-то критический этюд о Гоголе, увлекался с юных лет театром, считался хорошим актером и был прекраснейший чтец «в лицах».
О, какова ненависть таких людей! Нет ей
пределов. В прежние времена расправа с врачами в подобных случаях была короткая. «Врач некий, немчин Антон, — рассказывают
русские летописи, — врачева князя Каракуча, да умори его смертным зелием за посмех. Князь же великий Iоанн III выдал его сыну Каракучеву, он же мучив его, хоте на окуп дати. Князь же великий не повеле, но повеле его убити; они сведше его на Москву-реку под мост зимою, и зарезали ножом, яко овцу».
Нет, сударь, видно, нам,
русским, еще
предел не вышел в хорошем-то платье ходить!
Письмо это император Александр Павлович отправил для передачи лично императору французов с тем самым флигель-адъютантом, который первый передал ему известие о вторжении неприятеля в
пределы русской земли.
Война окончилась согласно обету государя Александра Павловича — ни один живой враг не остался в
пределах русской земли.
Последний раз город Вильна появляется на скрижалях
русской истории в конце 1812 года, когда собственно война была окончена и неприятель изгнан из
пределов России.
У
русских мука и болезнь творчества доходят до
предела, и творчество
русского гения всегда переливается за все грани.
«Рассмотрев дело
русского подданного Николая Савина, именующего себя маркизом Сансаком де Траверсе и французской гражданки Мадлен де Межен, обвиняемых: первый в проживании под чужим именем и оба в оскорблении на словах и в действии полицейских властей и в неповиновении сим властям, — брюссельский суд исправительной полиции определил: Николая Савина подвергнуть заключению в тюрьме сроком на семь месяцев и штрафу в пятьсот франков, а Мадлен де Межен подвергнуть тюремному заключению на два месяца и штрафу в двести франков, обоих же по отбытии наказания отвезти за границу, с запрещением возвращения и проживания в
пределах Бельгийского королевства в продолжение одного года.
Вдруг князь получил известие, что взбунтовавшиеся крымцы заставили Шавлат-Гирея бежать и искать спасения в Керчи, под защитою
русского флота, турки же, вопреки трактату с Россией, заняли Тамань и угрожают вторгнуться в
пределы Крыма.
Необъятность
русской земли, отсутствие границ и
пределов выразились в строении
русской души.
Вскоре потом сочувственная похвала Островскому вошла уже в те
пределы, в которых она является в виде увесистого булыжника, бросаемого человеку в лоб услужливым другом: в первом томе «
Русской беседы» напечатана была статья г. Тертия Филиппова о комедии «Не так живи, как хочется».
Император Павел подарил его великому
русскому приорству рыцарей мальтийского ордена, к которому относился с особым благоволением и желал сохранить его в
пределах России, «яко учреждение полезное и к утверждению добрых правил служащее».
Под этим влиянием Павел Петрович отправил, к только что избранному, при сильной поддержке
русского посланника в Ватикане, папе Пию VII собственноручное письмо, прося его святейшество о восстановлении в
пределах России иезуитского ордена на прежних основаниях.
Предостерегаю вас: читать эти брошюры, как обыкновенно путные книги читают, с начала до конца — труд непосильный и в высшей степени бесплодный. Но перелистовать их, с пятого на десятое, дело не лишнее. Во-первых, для вас сделается ясным, какие запретные мысли
русский грамотей находится вынужденным прятать от бдительности цензорского ока; во-вторых, вы узнаете, до каких
пределов может дойти несознанность мысли, в счастливом соединении с пустословием и малограмотностью.
Издавна
русские войска ходили по Польше по всем направлениям, учреждали магазины и оставались в ней. С началом второй турецкой войны, по предварительном сношении
русского правительства с польским, они прошли ближайшим путем, через южные польские земли, в турецкие
пределы.
Татарская сила постоянно слабела, по мере развития
русского народа. Явственно сокращались даже ее внешние
пределы. Понемногу исчезало самое раздолье степняков — это безбрежное море роскошных трав с переливающимися цветами, могильная тишина которого нарушалась лишь писком ястреба вверху да таинственным шелестом внизу, когда не раскидывался на нем случайный табор кочевников. Здесь еще со времен «бродников XII века» кишела
русская вольница, вроде молодцов-повольничков.
Но слово
русского царя священно: он обещал своему народу не положить меча до тех пор, пока хотя единый враг останется в
пределах его царства, — и свято сохранил сей обет.
Наши войска почти без всякого сопротивления заняли Вильну, и вскоре потом исполнились слова
русского государя: ни одного вооруженного врага не осталось в
пределах его царства.
Водворение немцев в
пределах русской империи с такими правами и преимуществами, какие даровала им Екатерина, было, как оказалось впоследствии, политическою ошибкой великой государыни.
Получив эти бумаги и прочитав их, стала я соображать и воспоминания моего детства, и старания друзей укрыть меня вне
пределов России, и слышанное мною впоследствии от князя Гали, в Париже от разных знатных особ, в Италии от французских офицеров и от князя Радзивила относительно моего происхождения от
русской императрицы.
Мы свиделись, и в разговоре со мной князь намекнул, что я могу быть весьма полезною для Польши, так как ему от сопровождавших его французских офицеров положительно известно, что я законная дочь покойной
русской императрицы Елизаветы Петровны, имею неотъемлемое право на
русскую корону, и если достигну престола, то в вознаграждение за содействие, которое окажут мне поляки, должна буду возвратить Польше Белоруссию и заставить Пруссию и Австрию восстановить Польшу в
пределах 1772 года.
Выявляются религиозные
пределы русской революционности, неполитический характер
русских революционеров.
Русская душа способна на радикальные эксперименты, на которые неспособна душа европейская, слишком оформленная, слишком дифференцированная, слишком закованная в
пределах и границах, слишком связанная с традицией и преданием своего рода.
Нет в строении
русской земли многообразной сложности гор и долин, нет
пределов, сообщающих форму каждой части.
Русские апокалиптики и нигилисты пребывают на окраинах души, выходят за
пределы.
Достоевский исследует, как безбрежная социальная мечтательность
русских революционеров,
русских мальчиков ведет к истреблению бытия со всеми его богатствами, доводит до
пределов небытия.
Собственным примером эти писатели доказали, что любовь к общей пользе доходит в некоторых представителях
русского общества до самоотвержения; объективная же сторона их деятельности показала, что самоотвержение
русского народа доходит действительно до крайних
пределов, даже до глупости.
Содержание ее состояло в следующем: один
русский помещик-агроном, для лучшего устройства своего хозяйства на иностранный манер, разделяет сельское управление на несколько частей и каждую вверяет особому наемному управителю или директору, в числе которых находится ученый немец и еще, кажется, один семинарист; все директоры должны сноситься между собою письменно или словесно в конторе, не выходя из назначенной им колеи, не переступая
пределов их власти.
Всё, что можно было, в
пределах русской культурности, видеть и совершить, — всё это я уже видел и совершил.
Слава и хвала!
Подумаешь: как царь Иван Васильич
Оставил Русь Феодору-царю!
Война и мор — в
пределах русских ляхи —
Хан под Москвой — на брошенных полях
Ни колоса! А ныне, посмотри-ка!
Все благодать: амбары полны хлеба —
Исправлены пути — в приказах правда —
А к рубежу попробуй подойти
Лях или немец!
Как цветистое дерево в пышном саду,
русский реалист прекрасно знал и изображал близлежащий пейзаж, а в то, что лежит за
пределами леса, либо не верил, как и в черта, либо думал о нем с отвращением и досадой Но как в самое Россию, — заканчивал Андреев, — я верю в
русскую литературу, в ее молодую силу, в ее крепкое органическое здоровье.
Эта Церковь, которая, как целомудренная дева, сохранилась одна только от времен апостольских в непорочной первоначальной чистоте своей, эта Церковь, которая вся с своими глубокими догматами и малейшими обрядами наружными как бы снесена прямо с Неба для
русского народа, которая одна в силах разрешить все узлы недоумения и вопросы наши, которая может произвести неслыханное чудо в виду всей Европы, заставив у нас всякое сословье, званье и должность войти в их законные границы и
пределы и, не изменив ничего в государстве, дать силу России изумить весь мир согласной стройностью того же самого организма, которым она доселе пугала, — и эта Церковь нами незнаема!
Еще ни в ком не отразилась вполне та многосторонняя поэтическая полнота ума нашего, которая заключена в наших многоочитых пословицах, умевших сделать такие великие выводы из бедного, ничтожного своего времени, где в таких тесных
пределах и в такой мутной луже изворачивался
русский человек, и которые говорят только о том, какие огромные выводы может сделать нынешний
русский человек из нынешнего широкого времени, в которое нанесены итоги всех веков и, как неразобранный товар, сброшены в одну беспорядочную кучу.